нам всегда говорили, чтобы мы избегали таких людей, которые похожи на пустышки. но, в сущности, важна не пустота внутри, а оболочка вокруг нее, потому что страшнее всех ракушки. там тоже пусто, там моллюск или другая водяная слизистая фуфука умер или трансгрессировал к приятелю, или его вынул морских дел мастер, оставив плавиться на камне, а ракушка - вот же она, на прилавке. лежит и привлекает перламутром оболочки, да такой, что кажется, будто не воздух внутри - тертый рог единорога, настолько искусно тертый, что уже в пыльцу превращен и потому открывать нельзя - рассыпется по ветру в мгновение ока. и она для тебя, как заячья лапка для Чарли Гордона, который жизнь на нее положит. продырявленное пенни.
но смысл ли в том, чтобы говорить это? человек воспринимает мир глазами, и некоторые ракушки собирают на поверхности настоящие бриллиантовые россыпи, и внутри, из тонкой окантовки популярной живописи и таинственных инверсий, замочек, ключ от которого навсегда потерян. ты будешь его искать до тех пор, пока, подобно АлМаку, не выхватишь меч, чтобы рубануть замок к черту... но меч скользит по стенке, а замок - гризайль с золотом. нет замка, нет внутри ничего.
в общем, обожгись - и тогда будешь огонь обходить.
а других учить не надо.
мне кажется, с книгами стоит так же. дети не ценят Толстого, потому что он длинный и нудный? дайте им нашей современной элитарной литературы. этого пустого эстетизма, словоблудия на грани человеческих возможностей; истинная принцесса разума различит горошину через ваши матрацы стилей, но я каталась по ним, как по... не знаю, невозможно кататься по чему-то настолько же гладкому и совершенно не цепляющему. дело же, черт возьми, не в том, в чем будет одет умирающий человек; дайте смысла вашей смерти, и я переживу еще сто.
проверяйте людей книгами.
проверяйте книги - книгами.

иногда мне кажется, что я совершенно не понимаю того, что мне дано понимать.